Страх чистого листа

Дневник

Чего я на самом деле боюсь, когда передо мной чистый лист? Об этом в прошлую пятницу мне довелось порисовать под бережным руководством Марии Оборотовой. Открыла для себя много нового про эмоции, которые я испытываю вместе с желанием или необходимостью действовать.

Передо мной лежит настоящий чистый лист — белая половинка ватмана. Я точно знаю, как выглядит неудача, которая меня пугает: я боюсь нарисовать что-то некрасивое, да еще и бросить на полпути. Вазюкаю кисточкой в коричневой краске, чтобы рисунок получился погрязнее и поуродливее. Добавляю резкие штрихи углем. Беру любимый фиолетовый, но тоже шлепаю его на лист как придется. Смешиваю коричневый с красным и провожу вертикальные полосы. Стоп! Почему я закрашиваю получившееся, прячу его за решеткой? Потому что каляка-маляка, специально нарисованная поуродливее, начинает мне нравится. Мной овладевает злость: так не должно быть! Я уже представила во всех деталях, насколько отвратительным должен получится результат. Как это может быть, что он все же симпатичен и вовсе не плох?

Уничтожить, уничтожить, только бы не пришлось пересматривать свою точку зрения. Отрицать реальность, в которой я на что-то способна. Поставить на действии жирный красный крест.

Уже готовую каляку-маляку обвожу розовым фломастером. Линия намеренно не замкнута — подчеркивает, что замысел не доведен до конца. Я чувствую напряжение во всем теле, сжимаюсь в страхе от того, что кто-то увидит недоделанное и обязательно наругает за то, что оставила в беспорядке игрушки. Мысль о незавершенном вызывает во мне дичайшее раздражение. Оно направлено, наверно, на призрак того, кто на меня ругается, не вникнув особо в происходящее. Но в спутанном клубке эмоций раздражение оказывается постоянным спутником любого действия сложнее инфузории туфельки — и я даже его не замечаю, а просто трачу  на эту эмоцию силы. Кажется, поэтому у меня редко получается применить технику Pomodoro, основанную на плановом прерывании работы. Да, я перестаю беспокоится о качестве результата, но вместо этого подспудно жду конфликт из-за сделанной в работе паузы. Положительные эмоции по поводу рабочего процесса так и не возникают.

Третья эмоция в моем клубке — страх разочарования. Его я нарисовала в образе чудища, которое живет в зеркале — привет самому первому приключению сэра Макса из Ехо и зеркалу Еиналеж! Его зовут Бдптщткор, и он весь запутанный-перепутанный, с колючками и скрежещущим голосом. Когда люди видят его случайно в зеркале, они начинают верить, что на самом деле они и есть такое ужасное чудище. А они-то думали, что вполне себе нормальные люди, в меру успешные и всем довольные! Сначала рисунок казался мне милым и удачным, а потом я вдруг испугалась его настолько, что даже закрыла его другим листом бумаги: меня охватили непреодолимый страх и внезапное смятение. Бдптщткор в моем представлении — это абсолютное зло, для него в принципе нет понятия счастья, он просто всех ненавидит. Арт-терапевт спросила: что может сделать чудище менее страшным? Я дорисовала ему бантики, чтобы Бдптщткор выглядел смешным. У абсолютного зла никогда не бывает красных бантиков, правда?

Узнать подробнее о групповых арт-терапевтических встречах можно в блоге Марии Оборотовой.

Еще на тему: