Как эмоцию назовешь, так и почувствуешь?

Дневник

Несколько лет назад, после разрыва длительных отношений, я очень плохо засыпала. Подолгу ворочалась в постели, до изнеможения читала фанфики — даже самые низкопробные, лишь бы занять мозг. Начитавшись статей по психологии, я решила, что испытываю чувство вины и наказываю себя за что-то лишением сна. Не зная, как с этим справиться, я обратилась к психотерапевту. В конце первой встречи, выслушав мой сбивчивый рассказ, терапевт спросил: а почему я так уверена в связке “вина должна вызывать наказание самой себя”? Я не нашлась с ответом. Наш разговор об этом занял буквально минут пять, но я испытала невероятное облегчение — и недели две я засыпала намного лучше. На следующую встречу я пришла спустя полгода и с другим запросом.

Гай Дойчер в книге “Сквозь зеркало языка. Почему на других языках мир выглядит иначе” рассказывает, как ученые экспериментальным путем пытались выяснить взаимосвязь между распознаванием цвета и знанием слов, различных для соседних цветов. Выяснилось, что люди склонны быстрее правильно решать визуальные задачки на опознавание схожих цветов, когда этим цветам соответствуют часто используемые и простые номинации. Более того, если во время эксперимента ученые просили людей считать цифры, искусственно не давая мозгу на неосознанном уровне обращаться к привычным языковым конструкциям, разница в скорости магическим образом исчезала. Таким образом, нейролингвистика сумела показать, что мозг задействует языковой багаж, чтобы принимать решение о том, какого цвета картинка.

Интересно, работает ли тот же принцип с эмоциями? За время работы с первым терапевтом — психоаналитиком и знатоком Жака Лакана — я научилась обращать внимание на то, в каких словах проговаривается мой внутренний мир. Я успевала заметить, что отвечая на вопрос о желаниях, я начинаю фразу с глагола “надо”. А в моих научных текстах один из самых распространенных глаголов-связок — это глагол “позволить”.  Ведь эмоции — это сложный способ реагировать на окружающий мир, перерабатывать сигналы и адаптироваться к ним. То, каким эмоциональным спектром я пользуюсь в интерпретации происходящего, во многом определяет мои действия.

П.С. Дописав этот пост, я обнаружила, что предыдущий — мартовский — начинался с истории о том, как я не могу заснуть. Удивительное рядом!